Одно дело когда исчезают названия переулков, улиц, площадей, но сами эти элементы градостроительства остаются - совсем другое дело, когда они исчезают с лица города навсегда. Остаются они только в нашей памяти…

Я закрываю глаза и вспоминаю свое детство, прошедшее во дворе дома по ул.Батюка, 32. Сам двор ничем не примечателен, но за его пределами было много интересного.

Справа от двора проходил переулок Почтовый (теперь Ярославского), Почтовым он вероятно назывался от того,что в том здании где сейчас банк Владимирский было отделение связи-почта. В этом переулке я учился ездить на велосипеде, этому способствовал пологий спуск вниз от Торговой площади до самой улицы Батюка. В те годы вечерние улицы города не были так заполнены машинами и можно было свободно катить вниз по переулку, резко заложив поворот внизу, свернуть во двор влетая на “Орленке” на “бешеной” скорости пугая мирно дремлющих под старой ивой котов.

По левой стороне пер. Почтовый, сразу за зданием в котором сейчас прокат/продажа видеодисков, была расположена проходная одного из цехов кажеться мебельной фабрики или какого то другого деревянного производства. Позже,когда этот участок пошел под снос для строительства панельного дома мы там играли в войнушку с самодельными деревянными автоматами-”шмайссерами” среди куч душистых опилок.

Чуть ниже проходной располагался отдел ГАИ-модерновое здание с огромными стеклянными окнами и заасфальтированной площадкой перед ним, на которой была нанесена разметка белой краской. На этой разметке сдавали экзамен по управлению мотоциклисты. И естественно во внеурочное время такие как я начинающие велосипедисты считали частью обязательной вечерней программы проехать по этой разметке, пытаясь в точности скопировать восьмерки и другие фигуры мотопиплотажа на своих великах.

Сразу за этой площадкой влево уходил преулок Блюхера. Тогда нам казалось смешным его название, только многие годы позже, когда в прессе стали поднимать тему Сталинских репрессий, я узнал о трагической судьбе этого человека. Переулок уходил к самой реке, заканчиваясь зеленой лужайкой.

Теперь здесь дома, центр занятости, и ничто не напоминает о репрессированном маршале, полководце советского периода.